Обрушение было не внезапным: озвучена главная причина трагедии с Улданой Мырзуан

В Астане продолжается суд по делу о гибели 23-летнего фельдшера Улданы Мырзуан. На очередном заседании выступил Дмитрий Воробьев, эксперт компании "Астана Технадзор". Он рассказал, что происходило с домом после обрушения и почему, по его мнению, трагедия стала результатом длительных проблем со строительством, сообщает Qumash.kz.

Эксперты приехали в тот же день

По словам Воробьева, специалисты его компании впервые приехали к дому на проспекте Тауелсиздик уже вечером 8 ноября 2025 года – в день трагедии. Их пригласили представители аппарата акима Алматинского района.

Первоначально специалисты должны были понять главное – не продолжится ли разрушение и безопасно ли находиться рядом со зданием.

"Первый же выезд был осуществлен буквально в тот же день после обрушения вечером по инициативе аппарата акима Алматинского района. В рамках первого предварительного обследования составлено было первое предварительное заключение, и в дальнейшем оно дополнялось", – рассказал эксперт.

По его словам, на тот момент нельзя было исключить дальнейшее обрушение. Поэтому специалисты разработали временные меры безопасности, они начали укреплять стены и установили контрольные маяки, чтобы следить за их состоянием.

Именно эти маяки, как объяснил Воробьев, показали, что процесс разрушения еще не остановился.

"Были установлены контрольные гипсовые маяки, за которыми осуществлялось наблюдение с перерывами, может быть, в полсуток, в сутки. И было установлено, что процесс не стабилизирован, существовал риск реального дальнейшего обрушения", – сообщил он.

После этого вопрос несколько раз обсуждали на рабочих совещаниях с участием представителей акимата, жителей дома и специалистов ЧС.

Сначала приняли временные меры, огородили опасную зону и установили страховочные сетки.

Что нашли внутри фасада

Позже специалисты провели уже полноценное обследование здания. При этом, по словам Воробьева, получить всю необходимую проектную документацию не удалось.

Тем не менее обследование позволило определить характер повреждений и предположительные причины разрушения.

И здесь эксперт сделал важный вывод: обрушение не было внезапным.

По его словам, проблемы накапливались длительное время.

"Обрушение явилось результатом совокупного действия факторов. Причем основным все-таки мы считаем именно крайне некачественное строительство", – заявил Воробьев.

Ранее в суде обсуждалась другая версия что одной из причин могла стать увеличенная этажность здания. Однако эксперт считает, что сама по себе высота дома не объясняет произошедшее.

Он привел в пример другие высотные дома в Астане, построенные по бескаркасной схеме с кирпичными стенами.

"У нас много жилых комплексов, которые также достаточно высотные по Астане и также выполнены полностью в кирпичной кладке, в бескаркасной схеме. И замечательно они функционируют, никаких таких проблем у них нет", – отметил специалист.

По его мнению, гораздо серьезнее были именно нарушения технологии строительства.

"Свободно стоящая стенка"

Одна из главных проблем, на которую указал Воробьев, – отсутствие нормальной связи между слоями кирпичной стены.

Проще говоря, облицовочная часть фасада должна быть надежно соединена с внутренней несущей стеной. В этом доме, по словам эксперта, такой связи практически не было.

"И второй момент очень серьезный был, это все-таки отсутствие полноценной перевязки. Потому что получается, у нас имеется такая очень высокая свободно стоящая стенка вертикальная из облицовки, которая не перевязана полноценно с внутренним несущим слоем кладки", – объяснил он.

Также специалисты обнаружили проблемы с раствором и толщиной швов.

По словам Воробьева, между слоями стены постепенно появлялись и увеличивались зазоры. Облицовка все больше отходила от основной стены, пока в итоге не произошло обрушение.

"Поскольку свободно стоящая в итоге облицовочная стенка не была в должной мере заанкерована, поскольку раствора нормального не было, перевязки там полноценной не было, соответственно, постепенно увеличивались зазоры между слоями кладки, и произошло вот это обрушение", – рассказал эксперт.

При этом он подчеркнул: точно определить момент, когда такая конструкция рухнет, неспециалисту было практически невозможно.

А можно ли было это заметить раньше?

Этот вопрос особенно важен для дела, поскольку обвинение предъявлено председателю ОСИ Сауле Жубаниязовой. Защита настаивает, что она не могла знать о скрытых дефектах, которые появились еще на этапе строительства.

Воробьев пояснил, что состояние стены действительно развивалось постепенно, однако своевременно обнаружить и оценить такие дефекты без специальных знаний было сложно.

"Своевременно в какой-то момент полностью отследить и сказать, когда это произойдет, было невозможно, особенно неспециалистам. Да, именно таким образом ситуация и развилась. Именно поэтому она привела к таким последствиям", – сказал специалист.

На вопрос прокурора эксперт также высказался о техническом обследовании дома, которое проводилось в 2017 году.

По его словам, после получения результатов такой экспертизы необходимо было не просто ознакомиться с документом, а привлечь специалистов и разобраться, почему появились выявленные дефекты.

"Получив результаты техэкспертизы в 2017 году, нужно было обратиться к специалистам, определить причины дефектов и только потом говорить о конкретных мероприятиях", – отметил Воробьев.

Контекст

Накануне, 9 сентября, суд также подробно разбирал техническое состояние дома. Тогда выступила специалист в области строительства Вероника Лабаева. Она заявила, что строительное решение, по ее оценке, было рассчитано на дом меньшей этажности до пяти этажей, тогда как фактически здание имеет девять этажей и технический этаж. По мнению специалиста, увеличение этажности могло создавать дополнительную нагрузку на конструкцию.

При этом Лабаева отдельно говорила о креплении кондиционера. Она подчеркнула, что дефект крепления кондиционера и разрушение кирпичной кладки – два разных дефекта. По ее словам, при использовании более длинных анкеров, закрепленных в несущей конструкции, вероятность падения кондиционера могла быть ниже.

В тот же день суд заслушал председателя ОСИ Сауле Жубаниязову. Она начала давать показания и заявила, что получила дом от бывшей председательницы вместе лишь с несколькими документами и заверениями, что здание находится в хорошем состоянии. По ее словам, о проблемах с фасадом она не знала, а жители до трагедии не жаловались на трещины или возможное обрушение.

Жубаниязова также рассказала, что на момент трагедии возглавляла ОСИ всего несколько месяцев. Она утверждает, что техническое заключение по дому не видела и ознакомилась с ним только незадолго до нынешнего заседания.

Защита накануне также представила переписку Жубаниязовой с бывшей председательницей ОСИ Гульжаухар Ахметовой от 7 ноября 2025 года – за день до гибели Улданы. В сообщениях женщины обсуждали состояние крыши и ее обслуживание. Однако суд пока не приобщил переписку: защите необходимо предоставить первоисточник.

Ранее суд уже огласил результаты технической экспертизы дома. В ней говорилось о конструктивных дефектах и нарушениях технологии кладки, в том числе проблемах с армированием, креплением облицовочного слоя и заполнением швов. Эксперты пришли к выводу, что своевременное выявление и устранение дефектов могло предотвратить обрушение.

Что произошло с Улданой

Трагедия произошла 8 ноября 2025 года возле дома № 24Б на проспекте Тәуелсіздік в Астане. Сначала часть фасада обрушилась на прохожих. Когда на место приехала бригада скорой помощи, произошло повторное обрушение. Под него попали фельдшеры Улдана Мырзуан и Дильназ Байзакова.

Улдана получила тяжелую открытую черепно-мозговую травму и через десять дней умерла в больнице. Судебно-медицинская экспертиза установила, что причиной смерти стала именно тяжелая травма головы с переломами костей черепа, кровоизлиянием и ушибом мозга.

На скамье подсудимых находится председатель ОСИ Сауле Жубаниязова. Ее обвиняют в недобросовестном исполнении обязанностей, повлекшем смерть человека. Вину она не признает.