Почему Казахстану нельзя игнорировать перемирие США и Ирана

Давайте по порядку. Вчера Дональд Трамп выдал в соцсетях резкие и тревожные посты – с намеками на исчезновение "целой цивилизации" и прямыми угрозами ударить по иранской инфраструктуре, если Ормузский пролив не откроют.

Мир напрягся, но позже все же вздохнул. Президент США заявил, что согласился на перемирие – по просьбе Пакистана и при условии, что Тегеран обеспечит судоходство в проливе. Более того, по словам Трампа, Вашингтон уже получил от Ирана список требований, которые могут стать основой будущей сделки.

Переговоры должны начаться 10 апреля в Исламабаде. Казахстан на этом фоне отреагировал сдержанно-позитивно – Касым-Жомарт Токаев приветствовал перемирие и выразил надежду, что оно окажется не временным, а устойчивым и поможет мировой экономике.

Но что это все значит для Казахстана. Об этом редакция Qumash поговорила с политологом и экспертом по Ближнему Востоку Исламом Кураевым.

Двухнедельное перемирие носит скорее стратегический характер и сегодня больше выгодно США, чем Ирану. Потому что Иран сохраняет определенную интенсивность и не дает второй стороне расслабиться. В то же время США за этот период могут подтянуть военные суда, перебросить дополнительный контингент, перегруппировать силы – на случай, если переговоры окажутся безрезультатными, – сказал Кураев

Эксперт отметил, что США едва ли согласятся на условия, которые не отвечают их интересам, поэтому говорить о полном снижении напряженности пока рано – конфликт между сторонами в любой момент может вспыхнуть с новой силой.

Политолог обратил внимание, что у Ирана сейчас есть и свой серьезный задел.

Во многом уже сломана прежняя психологическая установка о том, что США невозможно противостоять. Практика показывает, что у Ирана есть определенные рычаги давления и возможности вести разговор по ряду вопросов уже на более равных позициях. Мне кажется, что на данном этапе для Ирана наиболее вероятный и выгодный сценарий – это заключение сделки. Текущая ситуация для него в определенной степени благоприятна.

В первую очередь, по его словам, речь идет о возможном снятии санкций и контроле над Ормузским проливом. Востоковед отметил, что при достижении соглашения Иран, по предварительным оценкам, сможет получать до 70 млрд долларов в год за счет судов, проходящих через этот маршрут, а вопросы безопасности и контроля в проливе могут перейти под его влияние.

Здесь-то Казахстану и нужно трезво оценивать ситуацию, обращает внимание Кураев.

Многим в Казахстане по-прежнему кажется, что Иран и в целом Ближний Восток – это далеко и не имеет к нам прямого отношения. Но в реальности это не так. Иран – наш ближайший сосед через Каспий, и любые серьезные потрясения в этом регионе неизбежно отражаются и на нас. Да, на первом этапе эскалация действительно дала Казахстану определенный краткосрочный эффект – от укрепления тенге до дополнительных поступлений в бюджет на фоне нефтяной конъюнктуры. Однако смотреть на ситуацию надо гораздо шире, – сказал Ислам Кураев.

Политолог подчеркнул, что Иран для Казахстана – это не просто сосед через Каспий, но и важный логистический и торговый маршрут, значение которого особенно выросло в последние годы на фоне санкционного давления вокруг России. Речь идет о направлении, которое уже начало приносить экономический эффект и рассматривалось как стратегически перспективный канал для долгосрочных доходов и расширения транзитных возможностей страны.

По словам эксперта, здесь сработал эффект домино. Пока Казахстан получил краткосрочный плюс от высоких цен на нефть, в логистике уже начинают проявляться негативные последствия.

В целом любой шаг в сторону перемирия заслуживает поддержки и приветствия, поскольку именно деэскалация, а не дальнейшее военное давление, создает пространство для рационального политического решения. Мировой опыт показывает, что войны редко приводят к устойчивому урегулированию. От них растет масштаб разрушений, человеческие потери, они дестабилизируют не только отдельные страны, но и целые регионы, а нередко и мировую экономику. Даже если отдельные игроки могут извлекать из конфликта ситуативные выгоды, в стратегическом смысле у войны нет настоящих победителей. В этом смысле дипломатия и прагматичный диалог почти всегда дают куда более устойчивый и менее затратный результат, – подытожил Кураев.